Об аргентинском фольклоре
25 ноября 2017
Собрать людей на занятие фольклорными аргентинскими танцами — задача не из легких. Знаю по себе, сам нос воротил поначалу. Одно дело — танго, другое — какой-то фольклор какой-то далекой страны. Зачем он нам здесь нужен? Когда Эрнесто и Норма на курсе в Москве говорили, что будет еще курс по фольклору, мне казалось это чем-то экзотическим и совсем не про меня. Хорошо, что Вика меня уговорила пойти — в итоге фольклорные танцы повлияли и на мое танго, и на мою жизнь. И стали моей большой любовью.

Мне кажется, что причина нашего скептического отношения к фольклорным танцам — в практически погибшей и извращенной русской народной традиции. К сожалению, за последние пару веков мы потеряли очень многое, в том числе почти полностью — русский фольклорный танец и русскую фольклорную песню. Да, есть довольно солидный отряд людей, которые занимаются собиранием и реконструкцией русского фольклора, есть эстрадные фольклорные коллективы, даже есть люди, которые учат фольклорному пению и танцу. Но для нас это почти перестало быть фольклором, потому что теперь он — удел профессионалов. Да, есть деревни, где он всё еще жив. Да, мы можем пойти изучать его сами. Но мы не рождаемся и не вырастаем в среде людей, которые поют эти песни и танцуют эти танцы. Мы не чувствуем собственную традицию, и нам тем более сложно почувствовать чужую и заинтересоваться ей.

Аргентина же живет танцем. Аргентина — страна танцующая. В каждой провинции Аргентины, в каждом местечке свои собственные танцы, которые люди танцуют, живя своей обыденной жизнью. В каком-то смысле можно сказать, что танго — это тоже фольклор. Просто это танец, родившийся в Буэнос-Айресе, городской фольклор Буэнос-Айреса.

Само слово «фольклор» означает просто традицию или, чуть точнее, народную традицию. Фольклорной, то есть традиционной, может быть одежда, еда, жилье, обряды, праздники — вообще всё, относящееся к жизни людей. В том числе — песни и танцы. Фольклорные танцы Аргентины — это танцы, которые обычные жители Аргентины танцуют в своей повседневной жизни, общаясь таким образом друг с другом. Bailamos como somos, — говорят аргентинцы: танцуя, мы проявляем свою сущность. И в этом — вся Аргентина.

Не менее важно и то, что аргентинский фольклор — живой. Да, он моложе, сильно моложе, чем, например, русский. Но зато он никогда не прерывался. С самого своего рождения и по сей день он живет и развивается: люди поют эти песни и танцуют эти танцы семьями, музыканты пишут новые песни, разные музыкальные и танцевальные жанры непрерывно влияют друг на друга и обогащают друг друга.

В аргентинском фольклоре очень много силы и света, он непосредственно связан с землей и небом, он полон прекрасной музыки и чудесной поэзии. Музыка танго по сравнению с фольклорной музыкой — очень грубая, местами даже приземленная. Раннее танго — по текстам и музыке — немного напоминает наш шансон. Только не тюремный, а этакий моряцко-бордельный. Да, есть множество исключений, и за век своей жизни танго сильно посветлело, но по своим энергиям — оно проще и ниже фольклора. В нем много грубой сексуальности и интенсивных, но грубых чувств. Большинство же фольклорных песен одновременно и проще, и сильнее, и светлее, чем танго.

Для меня разные фольклорные танцы — это разные эмоциональные и энергетические состояния. Как асаны в йоге, например. С их помощью мы получаем возможность прожить целый спектр самых разных чувств. Чамаме́ — это плавно текущая вода, нежный флирт и очарование. Чакарера — радость встречи и одновременно сила земли. Самба — нежно летящий по воздуху платочек, грусть и тоска о несбывшемся. Уэ́жа — элегантность и наслаждение красотой мира. Карнавали́то — совместное празднование жизни. Ча́жа — праздник благодарности Земле. Такира́ри — радость и сила воинов, отправляющихся на охоту. Вида́ла — уединенное общение с природой. Вальс — кружение жизни и легкость бытия. Милонга — совместная игра и опять-таки радость жизни.

Да, внутри каждого жанра возможна самая разная музыка. Бывают веселые самбы и бывают грустные чакареры. К тому же каждый конкретный танец мы с вами можем наполнить тем, что чувствуем здесь и сейчас. Так, Эрнесто для того, чтобы мы не заигрывались в оголтелую радость, танцуя чакареру, все время напоминает о том, что её танцуют, например, на похоронах. Но именно этим аргентинские и танцы и хороши — они способны впустить в себя всю гамму жизни. Например, только аргентинская традиция и аргентинские люди могли воплотить в жизнь такую безумную идею — прожить в народном танце Рождество Христово.

И подавляющее большинство аргентинских танцев — парные. Это танцы общения и взаимодействия мужчины и женщины. Именно поэтому мы очень легко можем танцевать их в Москве. Не нужна специальная одежда, не нужно изображать из себя аргентинцев, достаточно увидеть друг в друге людей — мужчин и женщин, — обнять друг друга телом или взглядом и танцевать о том, что происходит между нами в данный конкретный момент.

Для меня уметь танцевать — означает быть способным танцевать самые разные танцы, в пределе — любые. Я бы помер от тоски, если бы танцевал только танго. И Аргентина танцующая дарит нам с вами одни из самых красивых танцев в мире.
В поисках Архентины
Для того, чтобы разные люди могли танцевать друг с другом, я основал школу парных аргентинских танцев «В поисках Архентины». В школе регулярно проходят курсы по танго и другим аргентинским танцам, тематические семинары и вечера танцев в арт-кафе «Море внутри». Все подробности смотрите на странице школы:
Made on
Tilda